Послание преподобного отца нашего Симона, епископа Владимирского и Суздальского к блаженному Поликарпу, черноризцу печерскому,

который тогда не был еще архимандритом. Написанное на имя всем иночествующим. В этом послании он дает наставления, вспоминая некоторых, в особенности же бывших незадолго до него, блаженных черноризцев Печерских, коих жития помещены в этой третьей части.

Брат, сидя в безмолвии, собери свои мысли и скажи себе: “Убогий инок, не оставил ли ты мира и родителей по плоти ради Господа, а, придя сюда для спасения, ты творишь не духовные дела. Зачем облекся ты в чернеческое имя? Черные ризы не избавят тебя от мук. Тебя прославляют здесь князья и бояре, не только друзья твои, и говорят: “Блажен он, что возненавидел мир и славу и прельщения его, и не печется уже о земном, а желает небесного”; а ты живешь не по-монашески. Великий стыд постигнет нас, если ублажающие нас здесь предварят нас в Царствии небесном, и они будут в покое, а мы возопием в горьких муках. Но кто помилует нас, когда мы сами себя погубили? Думая так о жизни своей, бодро воспрянь, брат, и попекись прилежно о душе своей. Работай Господу со страхом и с мудростью, во смирении. Не будь как трость, колеблемая ветром, сегодня добрым и кротким, а на утро жестоким и злым, на короткое время молчаливым, а потом ропщущим на игумена, поносящим братию. Не будь лжив. По причине какого-нибудь дела не оставляй соборной молитвы, ибо как дождь растит семя, так и церковь влечет душу к добродетелям. Все, что делаешь ты в келии – читаешь ли Псалтирь или поешь двенадцать псалмов все это не сравнится с одним соборным “Господи, помилуй”.

Вспомни, что и верховный из апостолов Петр был сам церковью Бога живого (2 Кор. 6:16); но когда взят был Иродом и посажен в темницу (Деян. 12:6), не соборные ли молитвы Церкви избавили его из рук Иродовых? Об этом молится и Давид, говоря: “Одного просил я у Господа, того только ищу, чтоб пребывать мне в доме Господнем во все дни жизни моей, созерцать красоту Господню и посещать храм Его” (Пс. 26:4). Об этом и сам Господь сказал: “Где двое или трое собраны во Имя Мое, там Я посреди их” (Мф. 18:20). Если в собрании двух или трех, то тем более Он там, где собрание столь велико, что в нем сходится более ста братии. Там присутствует Бог наш, внимающий призывающим Его, как в святом Печерском монастыре. Там, на церковном огне, готовится и благословенный обед братии, и – Бог свидетель мне в том, – что я, грешный епископ Симон, не прикоснулся бы ни к какому другому блюду, только бы к укруху хлеба и сочива, приготовленного для той святой братии. И ты, брат, остерегайся сегодня хвалить предложенное на трапезе, а на завтра роптать на варившего и пекшего пищу брата, потому что этим ты оказываешь неприятность начальнику монастыря и будешь причтен к тем, о которых написано в Отечнике, что они одному прозорливому старцу, когда роптали на предложенную пищу, казались ядущими мотыла. Так как хулящий губит себя, ты, когда ешь или пьешь, всегда за все благодари Бога, повинуясь апостольскому изречению: “Едите ли, пьете ли или иное что делаете, все делайте во славу Божию” (1 Кор. 10:31). Терпи, брат, и досаждение, ибо “претерпевший до конца, – сказал Господь, – спасется” (Мф. 10:22), и такой спасется без труда. Поэтому если случится тебе быть оклеветанным кем, и кто-нибудь, придя к тебе, расскажет, что тот брат нехорошо говорил о тебе, ты скажи ему: “Если он и укорил меня – он мне брат, а я достоин того; и он делает это не сам собой, но враг диавол подстрекнул его к тому, чтоб произвести вражду между нами. Господь же да отгонит лукавого и да помилует брата!”

Возразишь, что другой укоряет тебя пред всеми в лицо – не скорби и об этом и не допускай себя быстро до гнева, но, упав, поклонись брату до земли со словами: “Прости мне, брат, я оскорбил тебя”. И потом загладь свой проступок, бывший причиной досады, и так победишь всю силу вражью. Ибо если ты будешь сопротивляться тому, кто досадил тебе, то вдвойне досадишь сам себе, во-первых, когда поймешь, что не стерпел досаждения, во-вторых, что сам без стыда досадил брату. Больше ли ты царя Давида, которого оскорблял в лицо пред всеми Семей, проклиная его и бросая в него камнями, так что и слуги царские не вынесли той брани, и один из них сказал: “Зачем злословит этот мертвый пес моего господина и царя! Пойду я и сниму с него голову!” Но как отвечал Давид по внушению Божию? “Пусть он злословит…”…” Может быть, Господь призрит на уничижение мое и воздаст мне Господь благостью за теперешнее его злословие” (2 Цар. 16:5-12). Подумай и о том, что еще больше, как сам Царь царей и Господь господствующих (Отк. 19:16) Иисус Христос, “Который не сделал греха и в устах Которого не было лжи” (Пс. 53:9), смирил Себя и был послушен Своему Отцу до смерти.

Он делал это, оставляя нам пример, чтоб мы последовали стопам Его, как и учил Он нас: “Любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас, благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас” (Лк. 6:27-28). И не тяжела эта заповедь Его для тех, кто истинно следует за Ним, и принадлежащий к числу их святой Павел исповедал: “Злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим; хулят нас, мы молим” (1 Кор. 4:12).

Достаточно да будет тебе, брат, оставаться в послушании на одном месте, как заповедал Господь, говоря: “Не переходите из дома в дом”. Ты знаешь, что дерево, много раз пересаживаемое, часто засыхает, и овца, блудящая от стада к стаду, бывает похищаема волком, так же случится и с тобой, если ты оставишь свой монастырь. Говорю здесь особенно о святом Печерском монастыре, в котором всякому, кто хочет, удобно спастись. Печерский монастырь подобен небу, и если кто, не желая жить в послушании, отпадет от него – уподобится гордому сатане. Печерский монастырь есть то же море, все выброшенное из которого кажется безжизненным и гнилым. И пусть никакая неприятность не удалит тебя из этого святого монастыря. Спрашиваю тебя: чем ты хочешь спастись? Если ты и постник, и имеешь трезвение во всем, и нищ, и пребываешь без сна, но не терпишь досаждений – не видать тебе спасения.

Кроме того, уразумей, брат, что тебе, ищущему спасения, нельзя искать старейшинства, но скорее постоянно благодарить Бога за то, что смиряет тебя, говоря: “Благо мне, что я пострадал, чтоб поучиться уставам Твоим” (Пс. 118:71). И возможно будет тебе сказать и так: “Смирился я, и спас меня” (Пс. 114:5). Веруешь ли слову писания: “Никто сам собой не приемлет чести, но призываемый от Бога” (Евр. 6:4). И потому не ищи чести у людей, а ищи ее у Бога; смирись пред теми, кого Он вознес, воздавая им всякую достойную честь, и не имей в себе гордых мыслей, потому что такие свержены были в древности с неба.

Не говори в себе: “Разве я недостоин с уверенностью носить такой-то сан или хуже я этого эконома или иного начальствующего брата?” Если же и случится тебе быть искушенным таким помыслом, то, при неисполнении желания, не приходя в сильное раздражение, не ходи из келии в келию, возбуждая братию против начальника дурными словами, говоря так: “Этот игумен или эконом думает, что только здесь возможно угодить Богу, а в другом месте невозможно спастись; а не думает о том, что мы окружаем их почестями”. Все это дьявольское начинание, будь далек от всего этого.

Если же ты и получил какую-нибудь почесть, так что станешь на высшую ступень, не забывай смиренной мудрости, чтоб, если случится тебе быть низведенным с этой степени, найти тебе свой смиренный путь и не впасть, вследствие неожиданного падения с высоты, в различные скорби. Но для инока лучше всех степеней содержать всегда степень никогда не отпадающей чести, степень, о которой я упомянул – пребывать в монастыре неисходно, с чистой совестью, в послушании игумену и всей братии, трезвясь во всем. Такое поведение не только облечет инока в святительскую одежду, но явит его достойным и Царствия Небесного. Потому что совершенство иноческое заключается не в том, чтоб быть прославляемым людьми, но исполнить по чину устав монастырского жития.

Из моих слов ты видишь, что больше всего говорю я о чести пребывания иноческого в святом Печерском монастыре. Многие неотлучные жители этой честной Лавры чем больше скрывались от славы, тем более были прославляемы Богом, и не своими происками, но Божиим принуждением были возносимы от глубины пещерной на высоту святительских престолов, откуда блистали на всю Русскую землю, как светлые светила, светом добродетельной своей жизни и просветили многих святым крещением, как апостолы Пречистой Богоматери. Из них первый, великий в святителях Леонтий, епископ Ростовский, который, много пострадав от неверных, сподобился принять мученическую кончину и прославлен от Бога нетлением. Второй – Иларион, митрополит Киевский, постриженный в иноческий образ преподобным Антонием и сподобленный святительства, как рассказано о том в житии преподобного Антония. Далее Николай и Ефрем, епископы Переяславские, Исайя Ростовский, Герман Новгородский, Стефан Владимирский, Нифонт Новгородский, Марин Юрьевский, Мина Полоцкий, Николай Тмутараканский, Феоктист Черниговский, Лаврентий Туровский, Лука Белгородский, Ефрем Суздальский. Но если хочешь узнать еще и о других, прочти старого Ростовского летописца, и всех найдешь там, свыше тридцати, а после тех – и до меня, грешного епископа Симона, – думаю, около пятидесяти. Пойми же, брат, сколь велика слава и честь святого Печерского монастыря и не разлучайся с той тихой и безмятежной в нем жизнью, к которой призвал тебя Господь.

У меня, грешного Симона, по чину епископа святой соборной Владимирской и Суздальской Церкви, много городов и сел, и со всей той земли я получаю десятину; но (совесть порукою) по истине говорю тебе, что всю эту славу и честь вменил бы я в прах и работал бы в повиновении игумену святой Печерской Лавры, если бы только Начальник пастырей, мой Иисус, Которого я всегда молю о том, послал бы удобное время устранить все лежащие на мне духовные дела. И если б только можно было быть сметаемым как сор в Печерском святом монастыре и попираемым ногами, или быть одному из убогих, лежащих пред воротами этой честной Лавры, то этот день единый, проведенный в Дому Божией Матери, был бы для меня лучше, чем жить тысячу лет во славе и чести в селениях грешных.

По истине спрошу тебя, брат, что слышал ты более чудного, чем чудеса, бывшие в святом Печерском монастыре? Что может быть выше, чем сказание о блаженных отцах, подвизавшихся в нем, которые на всю Русскую землю, подобно лучам солнечным, просияли светом жизни своей; чем многие равноангельские жития, о которых я, грешный епископ Симон, слышал от очевидцев, а некоторым сподобился сам быть очевидцем, и достоверно рассказал тебе и устно, и в письме. Там я не скрыл от тебя, брат, почему имею столь великое усердие к той честной Лавре преподобных отцов Антония и Феодосия, – потому что эти святые помогают и по смерти грешнику, положенному на их святом месте. Так, слышал я дивную вещь о святом Антонии: как мертвеца, смердящего от греха лицемерия, он спас во время игуменства блаженного Пимена, при прозорливом священнике Онисифоре. И потому я, грешный епископ Симон, тужу и скорблю, и плачу, желая умереть там и быть положенным в той блаженной земле, чтоб получить хоть малое облегчение от многих грехов моих ради молитв преподобных отцов Антония и Феодосия и единонравных им учеников, умножившихся подобно звездам небесным, учеников, которых вполне исчислил и знает имена только Тот Один, Кто счел все множество звезд и всем им дал имена. А я, брат, как могу поведать подробно о святых мужах, бывших в том честном и блаженном Печерском монастыре? Из них некоторые так просияли добродетельной жизнью, что и сами неверные и поганые от бесовской прелести обращались к истинной вере и подражали их равноангельской иноческой жизни, как это можно видеть из жизни блаженного мученика Христова Евстратия, благодаря которому крестились евреи, и из жизни блаженного узника Никона, через которого половцы уверовали, стали черноризцами и провели богоугодную жизнь.

Много и другого слышал ты от меня, грешного епископа Симона, который не достоин быть подножием святых Печерских черноризцев, с которыми, думаю я, честью не сравнится весь мир, и весь мир, если станет описывать – не может описать их чудес. Поистине, к ним говорил Господь: “Так да светит свет ваш пред людьми, чтоб они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного” (Мф. 5:16). А нам как не стыдиться нарушения обещания нашего и перемены нашего жития, глубоко ниспадшего с высоты?

Ведь у нас такие начальники и наставники! Они первые молитвенники и ходатаи за нас ко Творцу, подобны ангелам и венчались мученическими венцами, причтены к пророческим ликам. Из них я вспомню блаженного священномученика Кукшу и блаженного Пимена, постника прозорливого, как памятных всем во время жизни моей в монастыре.

Не буду много писать тебе об иных святых; для пользы и подражания достаточно тебе будет того, что ты слышал из уст моих о первых преподобных этого монастыря. Если же беседа моя еще недостаточна, то пусть уверит тебя то, что я написал о тех, которые в позднейшее время угодили там Богу. Если же не поверишь и этому писанию моему, то если и из мертвых кто воскреснет, ты не поверишь. А такое событие было в святом Печерском монастыре, на блаженном затворнике Афанасии, который воскрес из мертвых и назвал три вещи, наиболее полезные братии: послушание, покаяние и кончину в святом Печерском монастыре.

Если кто не верит этому, я не виновен. Нужно исполниться притче Господней (Лк. 8:5): вышел сеятель сеять семя свое, и иное упало при дороге, другое на камень, иное же между тернием, а не каждое на добрую землю. Здесь Сам Господь повелел поминать о слышащих слово, сказанное на пользу, что не все принимают его с пользой, что и подкрепил он пророчеством Исайи: “Огрубело сердце народа сего, и ушами с трудом слышат” (Ис. 6:10). И еще тот же пророк сказал: “Господи, кто поверил слышанному от нас?” (Ис. 53:1). Ты же, брат, не подражай злым. Я пишу это не для того, чтоб был поруган Бог, дивный во святых Своих, но чтоб приобрести тебя. Даю тебе совет: утвердись благочестием во святом Печерском монастыре. Не желай никакой власти – ни игуменства, ни епископства: для твоего спасения довольно во благе окончить свою жизнь с пожившими там отцами, чтоб сподобиться с ними бесконечной жизни. Знаешь ли ты, брат, что по благодати Божией я могу сказать полезное тебе, писанное во всех книгах, но лучше для меня напомнить тебе малое из того многого, что было сделано в блаженном и святом монастыре Печерском. Подумай о блаженном и святом князе Николе Святоше, как он добровольно оставил славу и богатство великого дома своего и, придя в Печерский монастырь, следовал путем жестоким за понесшим бесчестие и униженным за нас Царем славы и богатым в милости Богом Христом, как не делал ни один из князей Русских. Ты же что такого сделал? Оставил ли княжение? Но его у тебя не было. Оставил такое же, как он, имение? Но ты не владел им. Как же твое иночество сравнится с уничижением того преподобного? Смотри, не пришел ли ты из славы в убожество, не украшаешь ли ты себя более дорогими ризами, чем прежде, между тем как теперь призван к наготе. Смотри, чтоб не оказалось так. Потому что из-за этого ты не увидишь вечной славы и будешь лишен нетленной одежды, и осужден с тем, кто не в брачной одежде.

Но что пишет об этом Божественный Иоанн Лествичник: “Радуется, говорит он, – жидовин субботе и празднику; а монах-чревоугодник – субботе и воскресенью; больше чем за год высчитывает Пасху и за много дней готовит кушанья”. Не уподобляйся им, брат, и не пекись о том, что можешь с разрешения съесть и выпить, гордясь тем. Послушай, как там же сказал тот же святой: “Раб чревоугодия рассчитывает, какими отпразднует он кушаньями; Божий же раб, какими обогатится он дарованиями, как повелел в псалмах Сам Господь: “Остановитесь и познайте, что Я Бог” (Пс. 45:11), Выслушай и слово Евгария: “Если монах согрешит, нет ему на земли праздника”. Итак, не питай никогда своего тела сверх меры, чтобы оно не восстало на тебя и не одолело тебя; как я говорил тебе, и умом не касайся превышающих меру предметов, чтоб когда-нибудь изнемогши не получить вместо славы бесчестие и укоризну. Будь подражателем святых отцов, о которых я рассказал тебе, и насытишься вполне в день нескончаемого праздника на небе телом и духом, когда тебе, как и им, откроется та же Божественная слава. Если же не удастся тебе идти вместе с совершенными к венцу их славы, то старайся получить награду хоть с угодившими по мере сил своих. А путь их таков: помышлять всегда о небесном, а не о земном, о духовном, а не о плотском, о воздержании, а не о похотях, о нищете, а не о богатстве. Не высокомудрствуй, не приказывай с гордостью и не перечь, не отвечай, но напоминай сердцу своем о смирении, говоря себе постоянно: “Вчера я пришел для послушания в иночество, неужели же мне сегодня искать старейшинства? Сам еще не привык к исполнению правил, и неужели буду представлять из себя законодателя? Прежде чем покорюсь сам, могу ли смирять других? И что сделаю я так? Только лишу себя света и предам себя тьме, отвергну жизнь и приготовлю себе вечную муку; я получил оружие на врага и сам уязвлю свою душу!” Так, следя за собой и устрашая себя, воспрянь, брат, и, твердо обдумав свою жизнь, прими в уме неизменную решимость не отлучаться от этого святого места и иметь прилежную заботу не о славе и богатстве, но о смирении и нищете.

Я напомню тебе здесь, брат, чтоб возбудить твое рвение, то, что слышал ты о блаженном Эразме, черноризце Печерском: как он, истратив все имение свое на нужды церкви, остался нищим и презираемым людьми, но не утратил награды своей от Бога.

Зная это, и ты, если б у тебя было что, нарушающее иноческое нестяжание, покайся и отдай все на нужды церковные и святой Печерской обители. И не думай, что истратишь понапрасну, но ожидай от Господа милости, помня, что о таких постоянно возглашают в церкви: “Господи, wсвяти любящия благолъпие дому Твоего, Ты тыя прослави Божественной силою Твоей” Вспомни и того Патрикия, который приказал из своего золота сковать крест, чтобы поставить его в церкви, а юноша-мастер поревновал ему и, имея немного своего золота, прибавил его туда же, и за то Патрикий сделал его наследником своего имения. Потому и ты, брат, когда, во славу Божию, истратишь то, что имеешь, говори с пророком: “Буду умножать всякую хвалу Тебе” (Пс. 70:14). И вот сделает тебя наследником Своего небесного имения и исполнит на тебе Свое обещание: “Прославляющего Меня – прославлю!” (1 Цар. 2:30). Лучше для тебя, брат, достоянием своим украсить Дом Божий, чем хранить его для того, чтоб когда-нибудь им был украшен притон воров и разбойников; лучше отдать добровольно Богу любви и мира, чем когда-нибудь против своей воли лишиться этого через пламя пожара или ратные раздоры. Ты дал обет иноческого нестяжания; послушай же слов писания: “Делайте и воздайте обеты Господу Богу вашему, лучше не обещать, нежели обещать и не исполнять!” (Пс. 75:12; Эккл. 5:4). Если же случится то, о чем я говорил что прежде чем ты добровольно отдашь Богу твое имущество, оно, как неполезное тебе (ибо Бог лучше видит), будет отнято у тебя насилием, например различными людьми или ворами – то ты не смей ни отчаиваться, ни смущаться, ни хулить. Но похвали за то Бога с преподобным Иовом, говоря: “Господь дал, Господь и взял” (Иов. 1:21) – и не лишишься ты так награды своей. Но твое благодарение о похищенном вменится тебе в милостыню, как вменено было блаженному Арефе, черноризцу Печерскому, имение которого было украдено ворами. Ибо, если бы для души было не важно перенести с благодарением похищение имущества, то тот блаженный старец, который вспоминается в Отечнике, не побежал бы сам к разбойникам с оставшимся платьем, которое они, взяв у него все, забыли захватить. Также и впоследствии, упоминаемый выше старец, прочтя об этом, сам молился Богу, чтоб пришли к нему разбойники и взяли все его имущество; и он был услышан, и передал в руки их все. Таких может похвалить апостол: “Расхищение имения вашего приняли с радостью, зная, что естъ у вас на небесах имущество лучшее и непреходящее” (Евр. 10:34).

Вот уже, брат, поучил я тебя наставлениями во всем; итак, проси Бога принять кончину жизни твоей в честной Лавре Печерской, прожив в покаянии и послушании, потому что эти три вещи важнее всех добродетелей, как свидетельствовал блаженный Афанасий затворник, восстав из мертвых.

Но не без связи между всеми этими добродетелями старайся исполнить эти три условия, но, поверх всех их, приобрети любовь, которая есть совокупность совершенства (Кол. 3:14). Желая же приобрести ее, послушай того, кто сказал: “Старайтесь иметь мир со всеми и святость, без которой никто не увидит Господа” (Евр. 12:14); потому что миром ты приобретешь любовь к ближнему, святыней же любовь к Богу. Ищи же, брат, мира и любви к ближнему, подражая блаженному Титу, иноку и пресвитеру Печерскому, покаявшемуся, и охраняй себя всячески от вражды, не давай власти бесу гнева, но скорей поклонись враждующему с тобой брату; ибо сказано: “Солнце да не зайдет во гневе вашем”. Итак ты не будешь предан на поражение немилостивому ангелу, как гневающийся Евагрий, диакон Печерский, но сохранит тебя Господь, как блаженного Тита пресвитера.

В святости же и любви к Богу подражай блаженному епископу Нифонту и будь тверд в православии, храня все заповеди Господни и предания святой Его Восточной Церкви, ибо в том состоит любовь к Богу, чтоб соблюдать Его заповеди (1 Ин. 5:3), и от такой любви Божией да не разлучит тебя, брат, ни скорбь, ни теснота, ни гонение, ни голод, ни нагота, ни беда, ни меч, ибо любящим Бога все идет во благо. Итак ты, неразлучно со всеми прежде угодившими преподобными отцами Печерскими, сподобишься быть возлюбленным Богом, нераздельным в Троице. Которому слава и ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Добавить комментарий