Послание преподобного отца нашего Поликарпа ко блаженному Акиндину, архимандриту Печерскому

о святых блаженных черноризцах Печерских (жития которых помещены в этой второй части).

“Господу поспешествующу и слову утверждающу” – дерзнул я написать к твоему благоумию, пречестный архимандрит всея Руси, отец и господин мой Акиндин. Склони ко мне благоприятно твой слух, которому я буду рассказывать о жизни, делах и знамениях дивных и блаженных людей, бывших в святом Печерском монастыре, которые слышал я от господина моего, Симона, епископа Владимирского и Суздальского, брата твоего, бывшего черноризца Печерского, который рассказал мне грешному о подвигах святых и преподобных отцов, скончавшихся в обители Пречистой Божией Матери. Да услышит твое благоразумие слова моего младоумия и несовершенного смысла. Однажды ты спрашивал меня, приказывая поведать тебе деяния тех черноризцев. А я, зная грубость мою и неизящество приемов моих (ведь я всегда о всяком предмете со страхом беседую с тобою), как могу рассказать понятно о сотворенных ими знамениях и чудесах преславных? И не много я рассказал тебе о тех преславных чудесах, а большую часть забыл от страха и, смущенный пред благочестием твоим, рассказал неточно. И вот, постарался я письменно поведать тебе о святой блаженной братии нашей, чтоб и те черноризцы, которые будут после нас, узнали о благодати Божией, бывшей в этом святом месте, и прославили Отца небесного, явившего таких светильников в Русской земле, Печерском святом монастыре, в котором одновременно было до тридцати мужей, могущих словом изгонять бесов, как то признал сам враг, о чем рассказано в житии преподобного Лаврентия затворника: “К пещере же,- сказал он, – бесы и не смеют приближаться, ради положенных в ней святых черноризцев, которых имена вписаны в книге жизни”.

Блажен, кто сподобится быть положенным с ними, блажен и спасен, кто сподобится быть записанным с ними; с ними же и меня да сподобит Господь милости в день суда молитвами твоими!

Великие поистине подвиги были совершены теми святыми черноризцами, которых добродетельное житие я помянул. Дивлюсь, как доселе молчали о них. Или, как сказал Господь: “Никакой пророк не принимается в своем отечестве” (Лк. 4;24). Но если, по нашей небрежности, угаснет такое светило – то как могут засиять от него лучи,то есть подражание наших братьев? Написал я тебе, честный архимандрит Акиндин, о прежде упомянутых святых и преподобных отцах: о чудотворениях одних, подвигах других, крепком воздержании третьих; послушании одних, прозорливости других, – обо всем этом свидетельствует твоей лавры черноризец, а мой господин епископ Симон. Но другим покажутся невероятными мои повествования, ради величия описанных дел. Причина же их неверия будет та, что знают, как грешен я, Поликарп. Но я, как приказало мне твое преподобие, написал тебе то, что постиг мой ум и сохранила память, чтобы, если оно и не будет полезно тебе, то осталось для пользы тех, кто будет после нас, как сделал и блаженный Нестор. Скажу ясно, что если бы я умолчал о делах тех, кого помянул, то они, вследствие неведения о них других, были бы совсем забыты, – как и было до этого дня. И вот в пятнадцатый год игуменства твоего записано мной то, о чем не поминали 160 лет. Ныне же, благодаря твоей любви, услышанным стало то, что было утаено, чтоб всегда была чтима и хвалима память любящих Бога, которые, угодив Ему, были увенчаны от Него. И великая мне радость украшаться ими, и думаю я, они покроют студные дела мои ради того, что только напомню я о делах их, хотя сам и не совершу их. Я думаю, что описал чудотворения тех, которые достойны быть на небе наследниками ангельской славы. Ведь они жили на земле ангельской жизнью, не радея здесь о плоти, но, как бесплотные, с пренебрежением относились к земному и все житейское считали за сор, чтоб обрести Единого Христа, Которого Единого возлюбили и привязались любовью к Нему, и предали Ему свою волю, чтоб от Него принять обожение. Он же взамен трудов их даровал им на земле возмездие – дары чудотворения, на небе же прославил неизреченной славой.

Я, грешный, подражаю писанию древних святых. Ибо они повествовали и с великим трудом разыскивали святых, подвизающихся в пустынях и горах и пропастях земных. И писали о них, иных святых видев сами, других же слышав житие и богоугодные дела, и мы, читая их, наслаждаемся теми духовными повествованиями. Я же, недостойныи, не достиг истинного разума и не видел ничего из описанного; но, руководясь тем, что слышал, написал для тебя, отец, то, что рассказал мне преподобный епископ Симон. Я не обходил никогда святых мест, не видел ни Иерусалима, ни Синайской горы, так что не могу прибавить ничего к повести, чем, по обычаю, украшают речь свою умелые рассказчики. Но я не буду ничем хвалиться, как только святым этим монастырем Печерским и бывшими в нем святыми черноризцами, их жизнью и чудесами, которые поминаю я с радостью, ибо и я грешный желаю молитв тех святых отцов.

Много же старания нужно для того, чтоб вспомнить, похвалить и ублажить всех, скончавшихся в Господе здесь, в этом блаженном Печерском монастыре; потому что они посвятили себя Богу молитвой и богоугодными делами не с одиннадцатого часа, но от юности своей, и, пожив много лет, в доброй старости отошли ко Господу. Ни на один день и час не изменяли они своего молитвенного правила. Они были насаждены в доме Божией Матери, и потому процвели как пальмы, и возвысились как кедры па Ливане (Пс. 91:13), в поощрение нам и к теплейшему усердию к соревнованию им и подражанию добродетельной жизни их, во славу же и честь Всесильному и Всеблагому Подателю обильных щедрот и в немощах наших крепкому и скорому Помощнику, Христу Богу нашему, Которым мы живем и движемся и существуем (Деян. 17:28). Ему от всей твари подобает боголепное поклонение ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Добавить комментарий